It is difficult to get a man understand something, when his salary depends on his not understanding it. Upton Sinclair.

Everyone is entiteled to his own opinions, but not his own facts. Daniel Patrick Moynihan.

Reality has a well know liberal bias. Stephen Colbert.

вторник, 31 марта 2015 г.

Конкурс к 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН

Из сообщения ТАСС за 31 марта:

"Президент РФ Владимир Путин изучает возможность поездки в Нью-Йорк в сентябре этого года и выступления на открытии 70-й сессии Генассамблеи ООН, сообщает во вторник газета "Коммерсант" со ссылкой на пресс-секретаря главы государства Дмитрия Пескова".

Предлагаю устроить конкурс, чтобы выбрать наиболее подходящую обувь для такого посещения Генеральной Ассамблеи. Это давно уже очень важный атрибут подобных визитов. Плюс к этому все должны видеть, что мы щи не лаптями хлебаем. Новый хэштэг - #choseshoesforputin.

Может быть вот эту пару - Magnanni Men's Havi Oxford? Нашел ее на Amazon'е - самые дорогие в этом он-лайн магазине (если решим не выступать, можно их легко вернуть, ибо в Amazon'е - free returns):


среда, 25 марта 2015 г.

Все не так плохо: опыт совершенно спекулятивного прогноза будущего России

Сразу к сути прогноза: путинский режим претерпит эволюцию (со всеми понятными оговорками на специфику) по варианту франкистского режима.

Почему? Вот мои общие соображения:

(1) Сегодняшние аналитики, как мне представляется, слишком занижают способности нынешнего режима к консервации - прогнозируются либо нарастание хаоса с последующим развалом страны, либо разворот в право-националистическом направлении с установлением неототалитарных порядков и самоизоляцией. В реальности путинскому режиму в политической сфере не противостоит и пока не видно, что появится, внушительная оппозиция ни олигархического толка, ни крайне националистического или, тем более, праволиберального характера. С этой точки зрения путинский режим пребывает в условном "центре" и при всех колебаниях, наблюдаемых в прошедший год, останется в нем.

(2) Наиболее сложные вызовы режиму бросаются в сфере экономики. Здесь сразу следует подчеркнуть, что "холодильник" (по выражению Бориса Вишневского) никогда не возьмет верх над "телевизором" - социальный протест в связи с ухудшением материального положения может и появится (сегодня он фактически отсутствует), но не наберет критически значимой силы. Режим будет бороться в экономике с самим собой - те перемены, которые будут жизненно необходимы для экономического подъема, не основанного на продаже углеводородов, будут политически опасны. Однако, голос большого бизнеса, ратующего за эти перемены, но сегодня еще слабо слышный, со временем зазвучит увереннее и выполнит ту роль, которую сыграли молодые обкомовские секретари, тяготившиеся геронтократами в Кремле. Так или иначе, России не угрожает неминуемая экономическая катастрофа такого масштаба, которая в обозримом будущем может вызвать смену режима.

(3) Ключевое место в развитии событий в России принадлежит ее внешней политике. Глубоко убежден, что вся крымско-укаринская авантюра - не следствие некоего фундаментального идеологического поворота от "европейского вектора", а самая настоящая "кукурузная кампания" Путина. Если и были какие-либо надежды на стратегический союз с большим восточным партнером, то неудачный флирт с ним в прошедшем году напрочь похоронил их. Но главное все же - все эти "прокитайские песни о главном" глубоко чужды самому менталитету Путина, по-прежнему сориентированному на сотрудничество с Западом. Вопрос в том, что Путин стремится выстраивать отношения с Западом на совершенно другой основе, чем это было в постсоветский период. 

Замечу то, что эти отношения действительно не носили нормальный характер. Такая их природа была неизбежна в результате того, что удачно было названо 
М. Горбачевом, "триумфализмом" Запада по окончании "холодной войны", с одной стороны, и превращением России в авторитарно-клептократического монстра, - с другой. 

С западным "триумфализмом" покончено - его сменила тревога. Запад ни психологически, ни экономически не готов к военно-политической конфронтации с Россией. Да, к тому же он и не видит в этом большой необходимости - Россия ни в каком отношении (военном, экономическом, идеологическом) не сопоставима с Советским Союзом. В конечном счете, стратегия, к которой склоняется Запад by default, заключается в том, чтобы спокойно, не теряя выдержки, сидеть на берегу реки в ожидании того, когда мимо проплывет труп врага. Не понимаю на чем основаны рассуждения наших российских неоконов, полагающих, чтобы Запад и в первую очередь США должны начать таскать каштаны из огня ради - на выбор - Украины, внутрироссийской оппозиции или смены режима. Оформившаяся стратегия Обамы-Меркель в отношении России - глубоко прагматична и в наибольшей степени отвечает коллективным интересам Запада.

На пути хотя бы относительной нормализации отношений между Западом и Россией остается нерешенная проблема с Украиной и Крымом. Несмотря на все угрожающие па и ракетно-танковые громыхания, полагаю, что Кремль постарается избежать возобновления военного конфликта. Здесь Кремль может удовлетвориться тем состоянием глубокого политического и социально-экономического кризиса, в котором оказалась Украина и из которого не просматривается выход. 

В свое время мне пришлось прочитать такую западную оценку ситуации вьетнамской войны: капиталистические джунгли, социалистические джунгли - это все равно джунгли. Похожим образом во все большей степени начнет рассуждать и Кремль: Украина проевропейская или пророссийская - это все равно Украина с развалившейся экономикой и политически надолго дестабилизированная. Это во-первых. 

Во-вторых, думается, тот запал, с которым был оттяпан Крым в Кремле пропал. Столкнувшись с экономическими проблемами, о которых совсем не думалось и которые может быть даже и не ожидались, Путин будет намного больше ценить перспективы их преодоления, чем возможность продолжения "кукурузной кампании". Даже если Кремль сейчас полностью прекратит военную помощь ДНР-ЛНР, Киев еще долго не сумеет справиться с той гремучей смесью из взаимной ненависти и разрухи, которые царят на Донбассе.

Как мне представляется, Кремль если уже не готов, то вскоре будет готов разменять закрытие границы с Украиной на какую-либо хотя и значимую уступку Украины, но все же нечто меньшее, чем ее "федерализацию". При чем этот размен будет скорее для Кремля средством побыстрее закончить для себя этот конфликт, чем очередной операцией давления на Киев.

И Запад и Россия проинтерпретируют завершение конфликта в Украине как торжество всех их стратегических усилий. И если у Запада будут основания на такую интерпретацию (хотя орать в рупоры по этому поводу там не станут), то у Кремля их будет меньше (но все же тоже будут). Однако вся его пропагандистская машина будет развернута на доказательство того, что им была одержана выдающаяся победа. 

Собственно, недавно показанный фильм "Крым. Путь на Родину" является первым залпом этого очередного пропагандистского наступления Кремля. Фильм должен заложить основу новой мифологии - об одержанной победе, при чем победе именно лично самого Путина (отсюда поразившие всех его откровения о том, как "возвращался" Крым). Уже прозвучавшие ироничные сравнения путинской крымско-украинской операции с брежневской "малой землей", очевидно, упускают из виду то, в какой степени это и в самом деле призвано стать тем, чем не удалось стать, по задумкам кремлевских пропагандистов того времени, брежневской "малой землей" - героической эпопей, чуть ли не равнозначной взятию Берлина. Проделав в кителе дырочку для медали "За взятие Крыма и развал Украины" Путин, наконец, разрешит фрустрации, накопившиеся у него за время пребывания у власти, и психологически будет более расположен к детанту и новому этапу в налаживании сотрудничества с Западом.

Запад тоже, думается, поспешит к возобновлению продуктивного диалога с Кремлем и не только потому, что к этому его будут подталкивать большой бизнес и более зависимые от торговли с Россией страны ЕС, но и потому, что в его интересах будет в объятиях сковать свободу действий Кремля, столь безрассудно предоставленную ему в предыдущие годы.

(4) Как ни парадоксально это может показаться сейчас, но крымско-украинская история вполне может встряхнуть Кремль и, прежде всего, с точки зрения придания экономике большего динамизма, а также осознания пределов возможностей нынешней России. И уже в реальную повестку дня может войти задача резкого наращивания научно-технического потенциала страны, задача, которой в прошлом отдавалась только ритуальная дань, между тем как все яйца упорно складывались с нефте-газовую корзину.

И здесь мы подходим к поистине экзистенциальной проблеме путинского режима - как быть со сменой власти? Все, что мы знаем про нынешнего "самодержца всея Руси" в частности и носителях авторитарной власти в целом позволяет думать, что эта проблема будет занимать Путина во все большей степени. И в той задумке, к которой, как полагаю, придет, если уже не пришел, Путин органично переплетется стремление к преобразованию России в современную техническую державу и разработка плана стабильной и безопасной для него передачи власти. 

Почти уверен, что сейчас в Кремле идет активная проработка варианта передачи со временем власти дочери Путина, которая стала известна (под именем Катерина Владимировна Тихонова) как руководитель-координатор создания "технодолины" в районе МГУ, частью проекта которой станет толком и не родившееся Сколково. 

Естественно, реализация такой задумки потребует того, чтобы проект "технодолины" оказался хотя бы в какой-то степени удачным. Отсюда он объективно требует иного качества взаимоотношений с внешним миром. А внешний мир в лице Вашингтона и Берлина будет благосклонно и с сочувствием смотреть на намечающуюся передачу власти в Кремле, разумно исходя из того, что из всех возможных вариантов этот - может быть лучший из всех возможных.

P.S. Мне показалось, что к этому посту требуется свой комментарий, может быть и излишний. Очень легко представить, как в России может все стать еще хуже. Для этого не обязательно необходимо выдающееся воображение. Но мне захотелось найти сценарий, когда ситуация в России и с Россией нормализуется, то есть она тяжело, но все же выходит из авторитарно-тоталитарного-самодержавного тупика. При чем не когда-нибудь в далеком и неясном будущем, но почти на наших глазах, на глазах поколения, активно участвовавшего в процессе перестройки конца 80-х гг. прошлого века. Сложность в формулировании такого сценария состоит в том, что в новейшей истории были примеры того, как персоналистские режимы эволюционировали от реформистских к авторитарным, но наоборот - нет или почти нет. И понятно почему - уже только потому, что  старому человеку, стоящему во главе такого режима, меньше всего хочется и психологически можется что-то менять. Проблема заключается в том, чтобы нащупать условия, при которых прогрессивные перемены, к которым взывает жизнь, вдруг оказываются выгодны, лично выгодны авторитарному правителю. Мне удалось представить только один такой сценарий. Поэтому сформулированный выше прогноз и называется совершенно спекулятивным.

суббота, 21 марта 2015 г.

Помните фильм "Таинственный монах"?

Прежде всего, это был стереоскопический фильм, похоже, последний сделанный в СССР. На протяжении многих лет его крутили в малом зале кинотеатра "Октябрь". 

Я пошел на него вместе с красивой и капризной девушкой, нет, даже просто девочкой, ибо мы оба еще учились в школе. При выходе из зала она вдруг с вызовом изъявила желание оставить у себя специальные очки, совершенно ни для чего не пригодные в обычной жизни. Ей это было объявлено тестом, который я должен был пройти, чтобы "соответствовать". И хотя все во мне протестовало, я попробовал не вернуть "чудо"-очки суровой тетке, зорко следившей за тем, чтобы ни у кого не было даже поползновений не расстаться с ними. Нечего говорить, что моя неловкая попытка обернулась полной катастрофой и вызвала громкий поток хулы в адрес таких, как я. 

Мне практически ничего их фильма не запомнилось, но обстоятельства его просмотра запали в память навсегда. Они превратились в прекрасную действующую на протяжении всей жизни прививку от порывов бездумно идти на поводу красивых и капризных девиц.

А сам фильм был просто очередной пилюлей забвения для национального сознания, давно воспринимающего - думаю, с братьевасильевского "Чапаева" - эпоху послереволюционной гражданской войны как некоего романтическо-разудалого приключения. Эпоху, ужасы которой заставили бы содрогнуться и человека, только недавно посетившего музей концлагеря Аушвиц. (И здесь мне вспоминается совершенно другой просмотр в зале документального кино кинотеатра "Россия", на который совершенно случайно меня 8-летнего повела бабушка только потому, что мы не попали в зал мульткино. Мы смотрели фильм, который, если не ошибаюсь, назывался "Кто вы, доктор Глобке?" - о немецком юристе, авторе одного из Нюрнбергских расовых законов нацистской Германии, заложивших юридический фундамент для преследования евреев. Тогда я впервые увидел документальные кадры, снятые нацистами в концлагерях. Это стало одним из ранних и сильнейших потрясений в жизни, думаю, в немалой степени определившем мои взгляды).

Просто поразительно, в какой мере национальное сознание не воспринимает гражданскую войну в качестве страшной национальной травмы в отличии от Великой Отечественной войны. Хотя что может быть чудовищнее, чем остервенелое уничтожение одних соотечественников другими соотечественниками. Скорее всего, осознанное искажение происшедшего в гражданскую войну естественным образом вытекало из новой "пролетарской морали", оправдывавшей любые преступления ради "великой цели", и снимало любые последние моральные преграды на пути репрессий, ставших по сути продолжением гражданской войны. 

Со смертью Сталина гражданская война все же не закончилась, а стала намного менее масштабной, намного менее кровопролитной и менее заметной. А страна, между тем, продолжала купаться в водах реки забвения на "Белом солнцем пустыни" и бесконечных "Приключениях неуловимых".

И прошлое, вспоминания о котором упорно упрятывалось в самые глубины национального подсознания, вернулось уже в XXI веке. На Донбассе бывшие соотечественники убивают друг друга, убивают друг друга русскоговорящие, русские убивают русских. И делают это легко, без пафосного трепета, ибо просто это наша работа - Родину защищать. Славная Родина.


четверг, 19 марта 2015 г.

Два взгляда на Россию

Евгений Лукьянов, заместитель секретаря Совета безопасности:

"Мы не СССР. Россия – другое государство, участник мирового процесса, мы хотим иметь свое слово, у нас есть свои национальные интересы, которые мы готовы отстаивать...нужно садиться и договариваться по итогам холодной войны".

Лев Рубинштейн, поэт и публицист:

"Ощетинившееся захолустье - явление, конечно, смешное. И это прежде всего.
Но оно и опасное и страшное в своей отчаянной забубенности".

Что день грядущий нам готовит: наблюдаем ли мы начало агонии режима?




Лилия Шевцова опубликовала очередной комментарий по горячим следам происшедшего в России (расследование убийства Немцова, показ фильма о захвате Крыма, исчезновение Путина). В его названии поставлен вопрос - началась ли агония режима? И хотя в самом конце материала Шевцова дает положительный ответ на поставленный вопрос, из предложенного ею анализа отнюдь не следует, что это так. Если, конечно, не безразмерно расширять трактовку самого понятия агония.

Посмотрел, как слово "агония" объясняется на gramota.ru. На сайте дается два главных варианта: (1) "Предсмертное состояние организма, сопровождающееся обычно удушьем, утратой сознания, связной речи и т.п." (2) "Состояние некоторого подъёма защитно-приспособительных сил организма, непосредственно предшествующее смерти."

Хотя связной речи у режима никогда не наблюдалось, нет никаких указаний на то, что он находится в состоянии, "непосредственно предшествующем смерти". В случае с комментарием Шевцовой мы скорее наблюдаем рецидив болезни, хорошо знакомой нам по аналогичным комментариям постреволюционной русской эмиграции, так и прожившей в предвкушении агонии советского режима вплоть до перестройки.

Наш исторический опыт в прошлом веке, на который, скорее всего, ориентируется Путин и поддерживающий его политический класс, преподнес три урока:

(1) система обладает внутренними ресурсами, чтобы пребывать в состоянии гниения и разложения, достаточно долго с точки зрения длительности жизни руководителя (Брежнев-Черненко);

(2) реформы роют могилу реформаторам (Горбачев, Гайдар);

(3) системы исчезают быстро и неожиданно (февраль 1917 г., август 1991 г.).

Основной стратегией нынешнего режима была и остается идея "лишь бы не расплескать". И в этом смысле вся украинская эпопея была для него тяжелой ошибкой - даже большей, чем в свое время Афганистан для Кремля эпохи геронтократов, - которую он постарается купировать. Причем для того, чтобы предпринимать усилия в этом направлении вовсе не требуется осознания и признания самого факта совершения ошибки. В данном случае на Кремль будет играть возможное усиление хаоса в Украине, обнаруживающаяся неспособность украинского политического класса к самореформированию, а вследствие и провал политики реформ в этой стране. Украина может вползти, да, нет, скорее даже ворваться в состояние "самоподдерживающейся дестабилизации", что на каждом кремлевском углу будет рекламироваться в качестве победы, одержанной Москвой. Да, кстати, не обойдется и без помощи со стороны Европы, уже сейчас вовсю демонстрирующей усталость от самого кризиса и необходимости продолжения политики санкций. 

И вот мой прогноз: путинский режим исчезнет быстро и неожиданно, но только тогда, когда многие нынешние первоклассники сумеют сами стать родителями.

среда, 18 марта 2015 г.

Я б в уоллстритовцы пошел, пусть меня научат...



Любопытное сравнение суммарных бонусов, полученных 170 000 уоллстритовских работников в сфере ценных бумаг в 2014 г. (самая крайняя слева колонка), - 28,5 млрд.  долл. с доходами от проката фильма "Американский снайпер" (341 млод. долл.), годовыми доходами газеты New York Times (1,6 млрд. долл.), стоимостью команды Yankees (2,5 млрд.  долл.), годовыми доходами компании Facebook (12,5 млрд.  долл.) и т.д. А средний размер годового бонуса уоллстритовца в 2014 г. составил 170 000 долл.

суббота, 14 марта 2015 г.

Попробовали бы вы сказать это в 90-х...

В последнем номере "Новой газеты" опубликована беседа с Ольгой Седаковой, известным поэтом и переводчиком. В ней она поделилась следующим наблюдением:

"Славистика за последние пятнадцать лет в Европе очень пострадала. И когда она рушилась, слависты впервые поняли, что были включены в какую-то большую военно-политическую игру: русский язык и русскую культуру изучали как язык если не врага, то соперника. Практически для исследователей это ничего не значило — каждый занимался своим делом: кто-то изучал древнерусский, кто-то Достоевского. Но когда было решено, что Россия больше не представляет военной угрозы, холодная война кончилась, то изучение русского языка перестали поддерживать. Мне пришлось даже писать защитные письма в английские университеты, где закрывали славянские отделения. Естественно, без результата". 

Так вот, попробовали бы сказать это в 90-х, и на вас обрушились бы с обвинениями, что вы недобитый рупор советской телепрограммы "Время", наследник дела правдинского обозревателя Ю. Жукова, а по-современному - почти национал-большевик-лимоновец. А ведь по сути все это псевдолиберальное кликушество - та же соловьещина, только в упаковке 90-х. И понимать и забывать этого не стоит.

пятница, 13 марта 2015 г.

С какими экономическими мифами придется бороться в России?

Главное в сегодняшней повестке дня России - прекращение агрессии против Украины. Следующим пунктом в ней идет - смена нынешнего режима бюрократов-клептократов-крымнашистов. 

Даже при самом могучем оптимизме нетрудно догадаться, что все это задачи, хотя и самые актуальные, но, увы, время их решения сегодня не просматривается. И именно потому многим кажется, хотя бы и только подсознательно, что решим их - заживем, ну если не как в сказке, но то очень близко к ней. Так же многие надеялись, что без КПСС и 6-й статьи Конституции СССР, устанавливающей однопартийную систему (14 марта будет 25 лет как 6-ю статью отменили), жизнь в стране быстро преобразится.

Жизнь без коммунистических призраков преобразилась, но совсем не в том направлении, в каком нам хотелось бы и так, что бы было хорошо для страны. Тому есть ряд объяснений. Одно из них - экономическая неграмотность и распространение, прежде всего "молодыми экономистами", идеологических мифов. 

С мифами в экономической сфере приходится бороться даже в тех странах, в которых побольше практического опыта рыночной экономики, чем у России. Например, в США. В нижеприведенном коротком видео бывший министр труда в администрации Клинтона Роберт Райх очень наглядно препарирует три мифа, распространенных в США. 

Эти же мифы или сходные с ними неизбежно появятся и у нас, именно тогда, когда будет казаться, что время "сказки" наступило. На самом деле надо четко отдавать себе отчет: при самом благоприятном стечении обстоятельств Россия превратиться в парламентскую республику, в которой власть от нынешней полицейской бюрократии перейдет в руки монетократии - другой более конструктивной альтернативы, к сожалению, просто нет (для тех, кто не понимает почему, уточню: большая власть всегда тяготеет к большим деньгам даже в условиях развитого гражданского общества, а там где его нет - то уж тем более). Это будет все равно прогрессом. Что, конечно, не означает, что мы не должны стараться ограничивать "их" рефлексы и не бороться с навязываемой нам "их" мифологией. (Кстати, соловьевы и прочие в новой системе координат вовсе не исчезнут из "ящика" - они перепрофилируются в "управдомы", которые с той же пеной на губах и, может быть, даже большими счетами в швейцарских банках будут доказывать вам все той же опробованной технологией промывания мозгов, что самый ваш близкий друг - это дерипаска, абрамович, усманов и пр., которые тоже никуда не денутся).

Что это за мифы, которые разоблачает Роберт Райх? 


(1) Состоятельные люди, собственники компаний и их руководители, являются пресловутыми "создателями рабочих мест", а потому, чтобы стимулировать их инвестиционную деятельность надо поддерживать налоги на низком уровне.

(2) В экономике надо выбирать между рынком и "государством".

(3) Чем шире функциональная сфера государства, тем хуже.

А вот само 2,5-минутное видео:





среда, 4 марта 2015 г.

Точный индикатор

10 апреля в рамках The Munk Debates  в канадском городе Торонто состоятся дебаты на тему: должен ли Запад вовлекать Россию в диалог или изолировать ее (Be it resolved the West should engage not isolate Russia…)? (Дебаты можно будет посмотреть и по интернету. Как - уточните здесь). Дебаты проводятся по типичному формату: до и после них находящиеся в зале голосуют за ту или иную точку зрения и таким образом определяется победитель.

Как мне кажется, тема выбрана крайне неудачная. Если даже в отношении такого международно признанного изгоя как Северная Корея предпринимаются усилия по вовлечению в какой-либо конструктивный диалог, то что уж тем более говорить про одну из двух наиболее крупнейших ядерных держав - Россию, с которой диалог не прерывался у Запада даже в самые напряженные периоды "холодной войны". Не прерывается он и сейчас в обстановке, ухудшившейся в результате развязывания Кремлем агрессии против Украины. Если и возникают вопросы, то, на мой взгляд, лишь о том, на каких условиях, в какой форме, в каких сферах, по каким темам диалог должен быть организован. 

Команда, которая в дебатах выступает против диалога, заведомо обрекает себя на поражение, ибо мне сложно представить, какие разумные аргументы против такого диалога можно найти, если они не находились, к примеру, у президентов Кеннеди и Джонсона после Карибского и Берлинского кризисов, а у канцлера Брандта - после советского вторжения в Чехословакию.

Команда, которая будет отстаивать в общем, скажу прямо, безумную точку зрения состоит из известного публициста и лауреата Пулитцеровской премии Энн Эпплбаум (она супруга бывшего польского министра иностранных дел Радослава Сикорского) и нашего великого шахматиста и оппозиционера Гарри Каспарова. Оба известны как яркие и ярые критики путинской политики. Можно только пожалеть, что они будут добровольно поставлены в положение, когда внимание слушателей переключится с того серьезного счета, который они предъявляют нынешнему кремлевскому режиму, на отстаивание ими совершенно идиотской, заведомо не осуществимой стратегии действий Запада. 

И дело не только в том, что они выставят себя в качестве безумных и опасных радикалов, но и позволят команде, отcтаивающей идею вовлечения России в диалог, предстать в образе мудрых и взвешенных экспертов. Межу тем, члены этой команды - хорошо известные апологеты и добровольные пропагандисты кремлевской политики. Это известный специалист по России профессор Принстонского университета Стивен Коэн. В прошлом он написал интересную биографию о Бухарине. Ее публикация в СССР сделала его приближенным Горбачева в годы перестройки. Но со временем обрекла на положение почти персоны нон грата при Ельцине, на дух не переносившего ничего горбачевского. Коэн не смог пережить этого удара и, видимо, навечно превратился в последовательно ненавистника всего ельцинского. Единственно положительное, что он находит в Ельцине - это выдвижение им Путина в свои наследники. Сегодня в США Стивен Коэн - ведущая пропутинская "голова" на американском ТВ.

Партнер Коэна по команде, тоже тв-персоналити, но уже больше наша - Владимир Познер. Именно его я назвал точным индикатором. Посудите сами. Владимир Познер - воистину уникальный человек. Он единственный, кому удалось послужить тонким и умелым пропагандистом брежневского режима, затем режима горбачевского и, наконец, сейчас режима путинского. Причем без какого-либо серьезного ущерба своей репутации. Но вот что показательно: на время ельцинского правления Владимир Познер в качестве пропагандиста взял своего рода отпуск. И, знаете, для меня, которому не раз приходилось критиковать катастрофические провалы ельцинской политики, это служит верным индикатором, что, тем не менее, не все так было плохо в годы Ельцина.

P.S. Уже сегодня прочитал, о чем говорил Гарри Каспаров на слушаниях в американском сенате: "Прекратите обходиться с ним, как с лидером, с которым можно договориться и который будет соблюдать договоренности. Прекратите признавать легитимным его зверский режим, оплаченный жизнями россиян. Вы не можете договориться с раковой опухолью. Как опухоль, Путин и его элита должны быть вырезаны. Опухоль должна быть изолирована и удалена..." Каспаров - не в адеквате: когда Путин и его присные начинают забываться и грозить ядерным оружием, я могу это понять, ибо не слишком многого от них жду. Но когда начинает бесноваться, также забывая, что Путин стоит во главе ядерной сверхдержавы, оппозиционный деятель, тем более в прошлом выдающийся шахматист, способный рассчитывать ходы наперед... И если бы это было исключительно фактом его биографии... Но он создает проблемы для всего оппозиционного движения, которое оценивается по уровню, в том числе, его лидеров.

Диссидент диссиденту - враг

На сайте democracynow.org можно посмотреть беседу  об украинском кризисе с крупным американским лингвистом Ноамом Чомски, который более известен миру как борец против американского империализма. 

Нет ничего более компрометирующего в глазах современного образованного и критически настроенного россиянина, чем эта последняя характеристика. Что особенно забавно, так это то, что он в принципе готов согласиться, что в природе существует такой зверь как "американский империализм" и что, наверное, надо бороться кому-то и с ним и уж в первую очередь самим американцам, но быть борцом с американским империализмом - все же что-то в этом безумно комичное и, как пишут, в словарях "уст.", при чем нафталинно-"уст."

Надо признать, что воззрения записных американских борцов с американским империализмом дают не мало пищи для обоснованной иронии. Вот как, собственно, и это интервью Чомски по украинскому кризису. В нем он демонстрирует просто элементарное незнание ситуации, ее реальностей, которое приводит его, как обычно, к гневному осуждению того самого американского империализма и одновременно к некоторому "оправданию-пониманию" поведения Кремля. Подчеркну, что, видимо, все же невольному, ибо Чомски в принципе признает, что Путин - не герой его романа свободы и демократии.

Меня давно занимает следующее наблюдение: как так получается, что диссиденты в России/СССР и США не смогли найти общего языка и даже, похоже, не пытались и не пытаются этого сделать? (Более частный вопрос уже к советско-российским диссидентам: как так получается, что их ближайшими друзьями хронически оказываются реакционеры вроде, как в свое время, сенатора Джексона, а сейчас сенатора Маккейна, почему их излюбленный исследовательский центр - одиозно консервативный и не всегда дружащий с фактами Херитедж-фаундейшн?)

Почему бы, к примеру, не провести российско-американский форум диссидентов, в частности, по украинскому кризису, хотя бы по скайпу? 

Мне могут возразить: а зачем? Пожалуй, в прошлом я бы не смог дать такого ответа, который удовлетворил бы критиков. Но сейчас, когда яд кремлевской пропаганды довольно заметно отравляет международную атмосферу, стоило бы использовать все возможности для поиска действенного противоядия. И более интенсивные контакты российских диссидентов с их визави на Западе, особенно с крупными фигурами типа Ноама Чомски, а не только с политиками правого толка, могли бы этому поспособствовать.

вторник, 3 марта 2015 г.

Чингиз-хан с телеграфом

"Чингиз-хан с телеграфом", - так Герцен охарактеризовал русское правительство. 

Об этом мне напомнил американский политолог Поль Гобл (Paul Goble), который предложил свою трактовку этой бессмертной фразы: "Путин - это Сталин с телевизором".

Надо ли в России долго жить?

Размышления в связи со страшным убийством и, к сожалению, очень короткой жизнью Бориса Немцова напомнили мне один удивительно глубоко философски звучащий комментарий публициста Ильи Мильштейна, который он написал семь лет назад на смерть карикатуриста Бориса Ефимова. Приведу этот комментарий здесь полностью:

 "Борис Ефимович Ефимов (Фридлянд) пережил Николая II, Керенского, Ленина, Сталина, Хрущева, Брежнева, Андропова, Черненко, Горбачева, Ельцина и Путина (в качестве главы государства). Четыре дня назад его с днем рождения поздравлял президент Дмитрий Медведев: Ефимову исполнилось 108 лет. Вчера ночью он умер во сне – смертью тихой, безгрешной.

Он застал ХIХ век, в котором прожил 95 дней. Оттрубил от звонка до звонка век двадцатый. Восемь лет без малого наблюдал третье тысячелетие.

Он был свидетелем четырех наших революций, включая Август. Современником двух мировых войн и огромного числа локальных, от русско-японской до русско-грузинской. Он жил во времена оттепелей и заморозков, в годы террора и перестройки. При нем случились расстрел царской семьи, убийство Кирова, убийство Кеннеди, 11 сентября, Беслан.

Можно сойти с ума, пытаясь вместить все эти события в рамки одной жизни.

Борис Ефимов с ума не сходил. Он прожил счастливую жизнь, хотя в ней бывало всякое, даже политические ошибки, включая кровное родство с врагом народа – расстрелянным братом по имени Михаил Кольцов. Однако лучший друг художников не тронул карикатуриста. Выживанию способствовал характер: легкий, жизнерадостный, уживчивый, детский. Он был таким большим ребенком в мире, где правили взрослые.

Он был талантливым ребенком: умел хорошо рисовать. Смешливым ребенком: с лету ухватывал комические черты у самых разнообразных персонажей и переносил их на бумагу. Послушным ребенком. Если взрослые дяди просили как-нибудь поглумиться над троцкистами и прочими врагами народа, то он дисциплинированно глумился. Если велели посечь Гитлера – держись, Гитлер. Если требовалось изобразить врачей-убийц с их уморительно длинными носами – Борис Фридлянд не жалел красок на убийц. Если имелся заказ на Би-Би-Си и "Свободу" – кисть художника запечатлевала этих оборотней у микрофона. Ну и так далее.

Завтра в куплете, но сегодня в газете. Он не был злым человеком. Он был человеком веселым и подвижным. Петр Вайль на "Свободе" лет семь назад вспоминал, как Ефимов рисовал рекламные завлекательные шаржи для той же радиостанции, уже обосновавшейся в Москве. И никому из ветеранов и молодых журналистов в голову не приходило вспоминать старику былые заслуги. Наоборот: новые его шедевры, посвященные "Свободе", висели на стенах рядом со старыми, потешая махровых антисоветчиков и гостей студии...

Есть люди, в которых не кинешь камень не потому, что сам грешен. Просто камень выпадет из рук. Такие это люди. Такие судьбы. Они проживаются как бы понарошку, не всерьез, шаржем на реальность, в которой боль сочится слезами и хруст кровавых костей в колесе заглушается только криками пытаемых и казнимых.

...Я судьбу его нынче вспомнил,
Я искал в ней скрытого толка,
Но единственно,
что я понял:
Жить в России надобно долго.

Это не про Ефимова, совсем про другого человека, прожившего не очень длинную жизнь и так и не увидевшего в печати главную свою книгу. У Бориса Ефимовича подобных творческих проблем не случалось. Он рисовал как пел и дело рук своих сразу видел напечатанным.

Возникает вопрос: надо ли в России жить долго? И для чего? Если родиться при Николае и умереть при Медведеве, то какая-то безнадежная выходит жизнь. Но это ежели мерить по себе, по взрослому жестокому счету. Мир глазами ребенка, обученного рисовать забавные шаржи, выглядит иначе. Веселенький такой мир, игрушечный, комичный. Нарисованный в спешке недрогнувшей детской рукой".

Так, есть ли смысл жить в России, хотя бы и долго, а если жить, то как..?

Российская военная угроза

Свои последние лет двадцать советская власть сильно обижалась, когда зарубежные недруги говорили о советской военной угрозе. Для тех, кто сегодня помнит только о советских интервенциях в Венгрии, Чехословакии, Афганистане и вообще милитаризации всех сфер жизни эти обиды могут показаться и смешными и неискренними.

Но советские властители субъективно вовсе не считали, что кривят душой, когда рассуждали о своей миролюбивой внешней политике. Здесь надо иметь в виду два обстоятельства. Во-первых, давала о себе знать страшная национальная травма, пережитая страной и властью в годы агрессии нацистской Германии, память о которой была по-настоящему свежа, а не базировалась на продукции коммерческой киноиндустрии. Во-вторых, идеологически - а Советский Союз был сверхидеологизированным государством - советская власть исходила из того, что только в условиях мира могут в максимальной степени реализованы преимущества социализма. Так или иначе, в публичной сфере, в декларативной внешней политике доминировали идеи мирного сосуществования и разоружения, а вовсе не педалирование, форсированное акцентирование наступательных военных элементов. Не будет преувеличением сказать, что декларативная внешняя политика США вполне намеренно выглядела, используя популярный сегодня в этой стране термин, более "мускулистой", чем аналогичная политика СССР.

В постсоветские годы власть так и не смогла определиться с лицом ее внешней политики, все эти годы ее шатало из стороны в сторону. Естественно, это было производным последствием неспособности государства самоопределиться со своими ценностями, идеалами, целями.

В практическом плане поражает то, в какой степени новые власти России сдали в утиль всю миролюбивую советскую риторику и, совсем наоборот, стали активно манипулировать военными угрозами во внешней политике. Причем этот процесс начался еще до установления нынешнего режима.

"Украинская эпопея" явилась закономерным результатом не только его экзистенциальных страхов, но всего постсоветского дрифта внешней политики.

В приведенной ниже диаграмме военных учений России (красный цвет), а также учений НАТО (синий) и стран-членов НАТО (голубой) хорошо видно, в какой степени преобразилась военно-политическая стратегия Россия в сторону "мускулистости". Масштабы натовских учений просто несопоставимы с масштабам российских.






Главные права и свободы российского "капитализма"

Гайдаровская команда с энтузиазмом и без каких-либо сомнений выбрала фридмановско-хайековскую версию капитализма. 

Такой выбор был во многом предопределен всем предыдущим историческим периодом. Очевидно, бесмысленно гадать, какой могла бы быть Россия сегодня, если была бы предпринята попытка выбрать другой вариант капитализма. Да к тому же, быть может, и в этом случае мы могли получить не слишком бы отличный результат от имеющегося. Несомненно, однако, что под фридмановско-хайековскую версию капитализма очень легко мимикрировал сложившийся у нас бюрократическо-олигархический псевдокапитализм.

В некотором смысле и общество с готовностью восприняло именно фридмановско-хайековскую версию капитализма потому, что в качестве главного права у нас он провозгласил право на кристально-чистый эгоцентризм и в качестве принципиальной свободы - свободу от моральных ограничений. Ну, мы же все так устали от постоянных поучений и морализаторства советской поры...